Стремясь объяснить это явление популярно, ученый приводил такое сравнение: «Вот часы с обыкновенным маятником; они идут, издавая тик-тик-так, — они живут. Мы останавливаем рукой маятник, и часы останавливаются, они умолкают — они более не живут, но и не умерли, так как стоит лишь толкнуть маятник — и они снова пойдут, заживут прежней жизнью. Состояние часов, когда маятник был остановлен, — состояние безжизненное, оно подобно состоянию насекомого, находящегося между минус 4,5 °C и минус 10 °C, которое я назвал анабиотическим состоянием».

Найдя таким образом корень зла, о который спотыкались все его предшественники, Бахметьев пошел дальше. Теперь ему стало понятно, до какой величины можно охлаждать Тело млекопитающего. Осталось проверить теоретические рассуждения на практике. И вот 8 февраля 1912 года были закончены приготовления для эксперимента над летучей мышью.

Записи в рабочем журнале свидетельствуют, что наблюдался небольшой, всего в пару градусов, температурный скачок при минус 2,1 °C. Охлаждение тотчас прекратили и спустя некоторое время стали постепенно повышать температуру. «Мало-помалу крылья ее стали опускаться, и вдруг в брюшной области показалось слабое движение — она начала дышать! — пишет Бахметьев. — В первое время от радости мы не знали, что делать!..

Последующие эксперименты показали, что, хотя сердце мыши, находящейся в состоянии анабиоза, совершенно твердое и не бьется, оно тем не менее вполне способно вернуться к исполнению своих обязанностей. Более того, это состояние полной недвижности можно сохранять достаточно долго, если «переводить» теплокровное животное в холоднокровное, то есть, как отмечает Бахметьев, «в такое состояние, которое наблюдается у животных, впадающих в спячку». Для этого оказалось достаточно добавить в кровь теплокровного животного угольную кислоту.